Материал Хафиза Мухаммада Усмана Рана, старшего преподавателя финансов, Бирмингемский городской университет, от 30 января 2026 года.
Цена на золото недавно впервые в истории превысила отметку в 5000 долларов США за унцию, удвоившись по итогам исключительно успешного для этого металла 2025 года.
Обычно столь резкий рост объясняют тем, что золото воспринимается инвесторами как защитный актив в периоды, когда другие активы выглядят нестабильно. Высокая инфляция, при которой бумажные деньги быстро теряют покупательную способность, часто сопровождается ростом цен на золото. Торговые войны и военные конфликты, как правило, действуют аналогичным образом.
Поэтому широко распространено мнение, что золото «хорошо себя чувствует» в моменты нестабильности. Однако исследование, в котором я принимал участие (статья называется «Domestic macroeconomic determinants of precious metals prices in developed and emerging economies: An international analysis of the long and short run»), показывает следующее: динамика цен на золото — это не просто реакция на краткосрочные экономические потрясения.
На самом деле золото реагирует на нечто более глубокое — на общий уровень доверия к тому, как экономические системы функционируют в долгосрочной перспективе.
Так, в периоды устойчивой экономической стабильности на Западе цены на золото в основном оставались на месте. Например, эпоха относительно ровного роста, умеренной инфляции и предсказуемой экономической политики в начале 1990-х и 2000-х годов была не лучшим временем для золота.
И золото не реагирует автоматически на каждый экономический подъем или спад. Фактором, который действительно толкает его цену вверх, становится нестабильность того, что экономисты называют надежностью валютной системы. Иными словами, это моменты, когда возникают сомнения в том, смогут ли центральные банки и правительства в ближайшие десятилетия удерживать под контролем инфляцию, государственный долг и стоимость национальных валют. В такие периоды золото становится особенно привлекательным.
Именно это помогает объяснить, почему золото может продолжать дорожать даже тогда, когда инфляция снижается — как это недавно происходило в ряде крупнейших экономик, включая США и отдельные страны Европы.
Ослабление доллара и политическая неопределенность в Соединенных Штатах, безусловно, придали дополнительный импульс росту цен на золото. Однако эти факторы скорее усиливают более глубокое изменение в уровне доверия, чем сами по себе его объясняют.
Наши выводы показывают, что ни один набор макроэкономических показателей — будь то инфляция, процентные ставки или динамика фондовых рынков — не способен объяснить поведение цен на золото одновременно в развитых и развивающихся странах. Иногда эти переменные играют роль, иногда — нет.
Поэтому упрощенные объяснения — будь то инфляция, торговые войны или ослабление доллара — недостаточны для понимания сегодняшнего рынка золота. Одна лишь инфляция не может объяснить, почему золото остается дорогим даже тогда, когда официальные показатели роста цен замедляются.
Что золото говорит нам о мире?
Дополнительное подтверждение этому дает тот факт, что, по данным Всемирного золотого совета, центральные банки скупают золото самыми быстрыми темпами за последние десятилетия — особенно с 2022 года. Эти покупки продолжаются даже на фоне снижения инфляции во многих странах, что снова указывает на преобладание долгосрочных соображений над краткосрочной ценовой конъюнктурой.
Решения центральных банков отражают заботу о устойчивости, диверсификации и доверии. Для них привлекательность золота заключается прежде всего в его сравнительно низком риске.
Золото не выпускается правительствами, как фиатные валюты. Его невозможно создать «по щелчку пальцев», как бумажные деньги. И оно не зависит от репутации или надежности какого-либо одного института.
В мире, в котором растут государственные долги, усиливается геополитическая фрагментация и возрастает давление на независимость центральных банков, золото становится источником стабильности и своего рода страховкой. Его цена растет тогда, когда уверенность в правилах, управляющих денежной системой, начинает ослабевать.
Такая неопределенность может сохраняться даже в условиях восстановления экономического роста или снижения инфляции. Если смотреть на ситуацию под этим углом, недавний взлет цен на золото — это не паническая реакция и не сигнал неминуемого краха.
Скорее, это переоценка долгосрочного доверия к денежной системе в момент, когда правительства сталкиваются с непростым выбором между устойчивостью долга, политическим давлением и ценовой стабильностью.
Золото при нынешних ценах не предсказывает конкретный кризис. Оно также не дает однозначного прогноза по инфляции. Но оно ясно указывает на нечто важное.
Рынки все меньше уверены в том, что правила, регулирующие ситуацию с валютами, долгом и экономической политикой, останутся неизменными. Это не означает, что система дала сбой. Но это означает, что ее надежность больше не воспринимается как нечто само собой разумеющееся — так, как это было раньше.
Золото не предсказывает будущее. Но оно дает редкую возможность заглянуть в то, насколько рынки доверяют базису мировой экономической системы сегодня.
